Дело Салимы Мухамедьяновой

«Пока не будет работать УПК, действовать Конституция, я вынужден резать пальцы», – говорит в камеру мобильного телефона мужчина, держащий в руке свой мизинец.

Его левая ладонь туго перевязана бинтом красным от крови. На ней только три пальца.

Мужчину зовут Игорь Губанов, его обращение к президенту, начальнику Следственного комитета и генеральному прокурору снимает жена.

Ее избили и изнасиловали в полиции.

Игорь хочет добиться расследования, чтобы все были равны перед законом, как это говорят с телеэкранов.

Беспокойная соседка

В январе 2016 года Игорь и его жена Салима Мухамедьянова снимали комнату в коммунальной квартире в центре Магнитогорска. Жена трудилась продавщицей в магазине, а Игорь подрабатывал на стройках. В квартире было еще две комнаты: одна пустовала, а в другой жила женщина по имени Лариса.

С самого начала их отношения не заладились. Соседка жаловались на Игоря и Салиму, говорила, что те мешают ей жить, и часто вызывала полицию. Поэтому супруги не удивились, когда 26 января к ним в очередной раз приехал дежурных экипаж ППС. По словам Игоря, в тот вечер соседке не понравилось, что он часто выходил покурить, а тут еще приехала жена после поминок и привезла бутылку водки.

Прибывшие полицейские спокойно предложили супругам проехать в отдел «Ленинский». Там были составлены протоколы об административном правонарушении, было ли составлено постановление, не известно. Однако имеющиеся протоколы и постановления не соответствуют данному делу, а заявители на признают подписи на них. Супругов отпустили. Обратно они возвращались пешком – до дома было идти около 20 минут.

Вернувшись в свою комнату Салима успела лишь разуться, как вдруг услышала, что кто-то ломится к ним в дверь. Это были те же полицейские, что и несколько часов назад. Но в этот раз они были в бешенстве. Салиму схватили за капюшон шубы и босую грубо поволокли к дежурной машине. Потом полицейские что-то долго обсуждали с соседкой Ларисой, после чего затолкали в машину и Игоря.

Во второй раз за вечер супругов доставили в отдел полиции «Ленинский», но теперь с заднего хода, и сразу рассадив по камерам. Игорь не сопротивлялся и не качал права, потому что понимал, что сделает только хуже. Он тихо провел в камере всю ночь. Один раз его выводили в туалет. Проходя мимо соседней камеры, он увидел, что жены там нет, и понадеялся, что ее отпустили домой. Повторимся, что протоколы задержания с участием самих задержанных никто не оформлял, а подписи под имеющимися протоколами Мухамедьянова и Губанов не признают. Видимо, протоколы были подделаны для легализации их нахождения в отделении.

Утром его вывели на улицу и велели ждать. Через полчаса из здания вытолкнули Салиму. Один из полицейских подошел поближе и тихим голосом сказал, что у них есть 10 минут на то, чтобы «пропасть» из города, иначе у них найдут наркотики и посадят на всю оставшуюся жизнь. Отойдя немного от отделения Салима рассказала мужу, что ночью один из полицейский избил ее, а другой – изнасиловал.

Защитник Яков Ионцев

Бьют - дело обычное, а вот изнасилование... дело уникальное все-таки

Поддержать работу защитников Фонда

Желаемый результат

  • прекращения преследования в отношении Салимы.
  • возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников полиции по факту избиения Салимы и привлечения их к ответственности.
  • взыскания материальной компенсации.

Плохая репутация

В «Ленинском» Игоря и Салиму уже хорошо знали по частым приводам из-за жалоб соседки. Она в лицо называла Салиму проституткой и жаловалась, что та водит в свою комнату клиентов. Видимо, это же она рассказывала и полицейским. С Игорем ситуация была еще яснее: в 2008 году он вышел из тюрьмы, отсидев 7 лет и 3 месяца за разбой. Говорит, дело было по молодости, по дурости, но за то, что совершил, он ответил полностью. Позицию правоохранительных органов в беседе с журналистами емко сформулировал один из неназванных сотрудников: «Субъективно веры их словам нет».

Но после бесед журналистов с местными жителями выяснилось, что плохая репутация сложилась не только у «буйных» супругов. Горожане не хотели говорить под запись, но в доверительной беседе с корреспондентами признавали, что в Магнитогорске часто издеваются над женщинами, причем именно полицейские. По словам Игоря, судя по отзывам в интернете, это не единственный случай в этом отделении полиции. Просто многие женщины боялись – с полицией очень тяжело бороться.

Смелость на донос

После того, что произошло в отделении, Салима испугалась угроз полицейского и вместе с Игорем в этот же день уехала из Магнитогорска. Сама она родом из башкирской глубинки с очень сильными традициями, ей 47 лет, поэтому признаться в том, что она стала жертвой насилия, было для нее немыслимо. Но муж был уверен, что такое просто нельзя оставлять безнаказанным.

На следующий день супруги обратились в ближайшую дежурную часть полиции. Заявление у них приняли, но отказались выдать обязательное в таких случаях направление на медицинское освидетельствование. При этом полицейские запугали супругов, очень подробно разъяснив, что те сядут за ложный донос каждый на три года.

Тогда Салима пошла с заявлением в Следственный комитет по Челябинской области. Побои были зафиксированы ранее, теперь же у нее изъяли одежду для биологической экспертизы. С сильным скрипом, но всё же уголовное дело по факту превышения должностных полномочий с применением насилия в отделе полиции «Ленинский» возбудили. Салиму проверили на полиграфе, однако выводы исследования оказались бессодержательными, ничего не подтверждающими и не опровергающими.

Все это время им с мужем приходилось скрываться, опасаясь мести, и только когда ее признали потерпевшей, они смогли вернутся в Магнитогорск.

Органы давления

С возбуждением уголовного дела давление на Салиму только усилилось. Следователь вызвал на допрос в качестве свидетеля юриста фонда «Общественный вердикт» Дину Латыпову, которая в этом деле представляет интересы Салимы. При этом оснований и причин для допроса ей не разъяснили. Сама Дина подозревает, что такие образом ее хотели вывести из дела, ведь допрошенный в качестве свидетеля юрист больше не может участвовать в защите потерпевшей.

Давить стали и на ключевого свидетеля защиты, который на очной ставке с Салимой подтвердил ее слова. Следователь просто назвал его показания неправдивыми и задержал для проведения «следственных действий». Юристы «Общественного вердикта» опасаются, что после этого свидетель откажется от своих показаний.

Летом 2106 пришли результаты уже четвертой по счету биологической экспертизы. Они не нашли на вещах Салимы никаких биологических следов, кроме следов ее мужа. Следователь решил прекратить дело об изнасиловании и в июне 2016 возбудил новое – в отношении Салимы, за ложный донос на полицейских. Теперь Салима стала одновременно и потерпевшей, и обвиняемой.

Усилиями адвокатов расследование дела об изнасиловании удалось возобновить. Следователь оказался в сложной ситуации: теперь ему приходится одновременно разбираться в двух взаимоисключающих делах, при этом опираясь на одни и те же доказательства.

Салима продолжает жить в Магнитогорске. Она хотела бы уехать, но находится под подпиской о невыезде. Дело против нее до сих пор на стадии следствия. Ей всё также грозит до трех лет тюрьмы за жалобу на насилие в полиции. Но благодаря отчаянному поступку ее мужа об этой истории узнали многие. Салиме стали приходить слова поддержки и она поняла, что не одна в своей беде, что просто так это дело замять уже не получится.

Марина благодарна всем, кто не остался равнодушным. Это дает ей силы не бояться. Она считает, что о насилии нужно сообщать всегда, чтобы добиться ответственности для виновных.

Михаил Кенегесов